MENU
Главная » Статьи » Григорьев В.Н.

Об адекватности выбора цифровых технологий для наглядности фиксации значимых обстоятельств

Многим моим уважаемым коллегам приходилось видеть в материалах уголовного дела весьма забавные фото, на которых участники уголовного судопроизводства в меру талантливо изображали жесты и позы, предназначенные свидетельствовать о каких-то значимых обстоятельствах расследуемого события: вытянутые руки, указующий перст, обнимание, приседание, протягивание предметов и документов и т. д.

Сами по себе эти жесты могут говорить о чем угодно, так как весьма отдаленно напоминают существующие формы невербального общения [4, с. 144-145], в частности, язык жестов [3, с. 8-9]. Их информативность и адекватность больше диктуется элементарным здравым смыслом. А реальное содержание раскрывается в словесной подписи под фотографией, выполненной изготовившим фото-таблицу специалистом. К формулированию подписи следователь обычно не привлекается. Тем более в этом не участвует свидетель или подозреваемый (обвиняемый), изображенный на фото. Они могут увидеть ее лишь при ознакомлении с материалами дела на этапе окончания расследования, так как фототаблица обычно изготавливается после окончания следственного действия, когда его протокол уже подписан и участники отпущены следователем. 

Приведем для примера несколько наглядных фрагментов из материалов реальных уголовных дел. Так, на рисунке 1 представлена фототаблица, приложенная к протоколу следственного эксперимента по уголовному делу, находившемуся в 2017 году в производстве следователя СО по городу Тобольску СУ по Тюменской области СК РФ, на которой представлен свидетель, весьма артистично пожимающий плечами. И лишь из подписи под фотографией становится ясно, что это значит – «ему не известно место, которое было указано подозреваемым (обвиняемым) Шинкоренко П. И. в протоколе об административном правонарушении, составленным в отношении Самолова В. А.». Весьма содержательный комментарий, который, однако, никак напрямую не вытекает из молчаливой фотографии. Рис. 1. Аналогичные претензии можно сформулировать и к другим динамическим обстоятельствам, которые были зафиксированы с помощь фотографии – предназначенного для отображения статических обстоятельств средства: отображенном на рисунке 2 страстном поцелуе, должном свидетельствовать о примирении сторон, или же изображенном на рисунке 3 молодом человеке со сберкнижками в руках в знак того, что он их добровольно выдал при выемке. 116 Рис. 2. Рис. 3.

Случаев, когда такие результаты фиксации были бы оспорены кем-то из участников следственного действия, в ходе проведенных исследований не выявлено. Тем не менее признать такую практику безупречной нельзя. И дело не в том, что она вызывает улыбку. Дело в изначальной, сущностной ее порочности, проистекающей из неадекватности определения цифровых средств фиксации, в данном случае – предназначенных для отображения статических или динамических обстоятельств. Стремление следователей обеспечить наглядность фиксации доказательственной информации следует при этом признать обоснованным. Это важно как для уяснения ее содержания, так и для проверки и оценки в случае попыток ее исказить, представить в ином свете, обвинив при этом следователя в злоупотреблении. Вместе с тем, выбирая средство фиксации, необходимо учитывать его особенности, в частности, предназначенность для фиксации статической или динамической информации. Для первой предпочтительнее фотосъемка, которая для динамической информации менее подходит, так как при этом значительная ее часть будет утрачиваться. Здесь более приемлема видеозапись, включающая синхронную звукозапись. Однако при реализации данной рекомендации на практике могут возникнуть нормативные препятствия. Дело в том, что видеозапись обычно производится на съемную карту памяти [2], информация с которой в последующем копируется на магнитный диск, который и приобщается в конверте к материалам уголовного дела. Между тем, такой порядок не вполне соответствует требованиям закона.

В соответствии со ст. 166 УПК РФ к протоколу прилагаются фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия, а также электронные носители информации, полученной или скопированной с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия (ч. 8). Информация, содержащаяся на съемной карте памяти, не была получена при производстве следственного действия и тем более – не скопирована. Она была создана. Это обстоятельство формально выводит ее из круга объектов, которые закон допускает прилагать к протоколу следственного действия. В публикациях встречаются иные суждения на этот счет. Например, А.П. Рыжаков в комментарии, подготовленном для системы КонсультантПлюс, пишет: «Исходя из содержания ч. 8 ст. 166 УПК РФ к протоколу задержания могут быть приложены фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы объяснений, кассеты видеозаписи, носители компьютерной информации, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов» [1]. Автор в своем высказывании незаметно переставил слова «выполненные при производстве следственного действия», в результате чего они стали относиться и к носителям компьютерной информации. Однако такой литературный прием представляется не совсем допустимым: он решает обозначенную проблему, но при этом противоречит действующему законодательству и возможен лишь delegeferenda.

На основании изложенного сформулируем некоторые предложения и рекомендации: 1. Следует признать обоснованным стремление следователей обеспечить наглядность фиксации доказательственной информации, важной как для уяснения содержания, так и для ее проверки и оценки. 2. Выбирая средство фиксации, необходимо учитывать его предназначенность для фиксации статической или динамической информации, избегая тем самым утраты значительной части отображаемых сведений. 3. Необходимо уточнить редакцию ч. 8 ст. 166 УПК РФ, чтобы допустить возможность приложения к протоколу следственного действия электронных носителей информации, не только «полученной или скопированной с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия», но и сделанной, произведенной в ходе этого действия. С этой целью предлагается изложить текст закона в следующей редакции: «8. К протоколу прилагаются фотографические негативы и снимки, киноленты, диапозитивы, фонограммы допроса, кассеты видеозаписи, чертежи, планы, схемы, слепки и оттиски следов, выполненные при производстве следственного действия, а также электронные носители информации, сгенерированной, полученной или скопированной с других электронных носителей информации в ходе производства следственного действия.»

1. Задержание по подозрению в совершении преступления (Рыжаков А. П.) (Подготовлен для системы КонсультантПлюс, 2010) // КонсультантПлюс. 118 2. Карта памяти для видеокамеры // http://www.dv-pro.ru/1- VIDEO/KARTA.html. 3. Крым И. А. Жестовые компоненты речевой коммуникации: Теоретико-экспериментальное исследование. Дисс. … канд. филолог. наук, 10.02.19. Кемерово, 2004. 153 с. 4. Нэпп Н., Холл Д. Невербальное общение. Учебник. СПб.: «ПРАЙМ-ЕВРОЗНАК», 2004. 256 с.

Категория: Григорьев В.Н. | Добавил: zuevsergej (03.12.2018) | Автор: Григорьев В.Н., Савенков А.В.
Просмотров: 17 | Теги: Фиксация информации, григорьев | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar