MENU
Главная » Статьи » Григорьев В.Н.

Суд не на осуд, а на рассуд

Суд, в отличие от других государственных органов и должностных лиц, предназначенных осуществлять уголовное преследование (прокурор, следователь, орган дознания, дознаватель), не поставлен законодателем в положение одностороннего участника уголовного судопроизводства (гл. 5 УПК РФ). Это дает ему основание и возможность всесторонне выяснять действительные обстоятельства совершенного преступления и выносить не только законные, но и обоснованные приговоры. Данное суждение применимо к общему порядку производства в суде первой инстанции (раздел IX УПК РФ). При особом порядке судебного разбирательства (раздел X УПК РФ), при котором судья не проводит исследование и оценку доказательств, собранных по уголовному делу, суд лишен такой возможности. Он в силу установленного законом порядка вынужден доверяться следователю. «Так как в этом случае, в отличие от обычного порядка, доказательства в судебном разбирательстве не исследуются (ч. 5 ст. 316 УПК РФ), – верно замечает С.А. Шейфер, – судья поневоле руководствуется доказательствами, собранными на досудебных стадиях, как бы принимая их на веру» [4, с. 39].

Однако распространившийся уже более чем на половину уголовных дел стереотип принятия результатов предварительного следствия на веру порой проявляется и в общем порядке судебного разбирательства. Характерным, хотя далеко не единственным примером в этом отношении является приговор Курганского областного суда от 8 июня 2012 года по уголовному делу по обвинению С.В. и С.Д. в совершении преступления, предусмотренного п. «ж» ч. 2 ст. 105 УК РФ (умышленное убийство, совершенное группой лиц) [2].

В соответствии с приговором преступление совершено 28 августа 2010 года около 3 часов 30 минут при следующих обстоятельствах. В ночном клубе в ходе обоюдной драки с А-м, из личных неприязненных отношений, действуя согласованно друг с другом с целью лишения А-ва жизни, С.В. и С.Д. нанесли А-ву по голове и телу многочисленные удары ногами. После этого С.В. нанес А-ву два удара по голове и телу доской, а С.Д. 198 удар по голове тепловой пушкой. Затем С.В. прыгнул на голову А-ва и нанес ему удар по голове тем же электрообогревателем. Далее С.В и С.Д. нанесли А-ву множественные удары руками и ногами по голове, а С.Д., кроме того, удар по голове ящиком стола. Оба подсудимых приговорены к лишению свободы сроком на пятнадцать лет каждый. Больше по этому делу никто к ответственности не привлекался. В этом приговоре суд вслед за следователем прибег к произвольной фрагментации обстоятельств происшествия, в результате которой эти обстоятельства рассматриваются не в хронологической последовательности с определением юридически значимых свойств каждого следующего действия и обстоятельства, а выборочно, с произвольной фиксацией одних действий и игнорированием – других. В описанной ситуации фрагментация обстоятельств происшествия выразилась, в частности, в игнорировании начальной стадии событий, в основе которых лежит факт неправомерного применения А-вым огнестрельного оружия в отношении посетителя ночного клуба Ак., а вслед за этим – в отношении осужденного С.В. И в постановлении следователя о привлечении С.В. в качестве обвиняемого (т. 11, л.д. 71-72), и в приговоре суда (л. 2-3 приговора) изложение событий начинается с внезапно возникшего на почве личных неприязненных отношений преступного умысла С.В. и С.Д., направленного на убийство А-ва.

Между тем, как следует из протокола судебного заседания, противоправные действия в ночном клубе начались без участия подсудимых, которые находились в тот момент в другом помещении здания. Вначале А-в неправомерно применил огнестрельное травматическое оружие в отношении одного из посетителей клуба Ак., и лишь после этого, привлеченные звуком выстрела, в этом помещении появились подсудимые, которые, еще не успев ничего предпринять, подверглись нападению со стороны А-ва: тот неправомерно применил огнестрельное травматическое оружие в отношении С.В., целясь ему в голову. И лишь благодаря тому, что С.В. успел закрыться рукой, пуля попала ему в предплечье. Только после этого С.В. и С.Д., как установлено в кассационном определении Судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РФ от 30 октября 2012 года по данному уголовному делу [1], предприняли оборонительные действия. Указанные обстоятельства являются существенными и для определения побудительных мотивов в поведении осужденных, и для установления механизма события преступления, и для квалификации действий его участников.

Игнорирование судом начальной стадии событий, в основе которых лежит факт неправомерного применения А-вым огнестрельного оружия в отношении Ак., а вслед за этим – в отношении осужденного С.В., лишило его возможности установить обстоятельства совершенного преступления в соответствии с тем, как они происходили в действительности. Такой результат получился вследствие фрагментации обстоятельств происшествия, суть которой заключается в том, что из всего хода события преступления произвольно выбираются отдельные фрагменты, которые очевидны, просты в силу этого свойства для доказывания и содержат состав преступления, а другие фрагменты, в особенности, противоречащие выбранным, игнорируются путем элементарного замалчивания либо голословного отрицания. Особенно наглядно применение приема фрагментирования обстоятельств происшествия при выяснении обстоятельств преступлений, связанных с противоборством (побои, причинение вреда здоровью, хулиганство, грабеж, разбой, убийство), предполагающих оборонительные действия, сопротивление нападающему. Внешне это все может выглядеть как драка, расследование которой осложняется тем, что трудно установить, кто конкретно нанес те или иные удары, причинил те или иные повреждения [3].

В результате к ответственности привлекают порой того, кто действовал правомерно, особенно если он «победил» в драке, либо, в крайнем случае, всех ее участников. 199 Между тем, с правовой точки зрения оценка драки неоднозначна. Нередки случаи, когда драка – это не хулиганство, а просто проявление неспособности законопослушного гражданина быстро и эффективно справиться с правонарушителем (грабителем, причинителем вреда здоровью, хулиганом), в результате чего его правомерное сопротивление преступному посягательству, попытки задержать лицо, совершившее преступление, предстают в глазах очевидцев как неправомерное насилие.

Внешне такие ситуации выглядят как драка с обоюдной виной, хотя на самом деле один из ее участников – уголовный преступник, а другой – правомерно обороняющийся от преступления законопослушный гражданин. В современной правоохранительной практике подвергшийся нападению и сумевший оказать сколь либо значимое сопротивление этому нападению запросто может поменяться в глазах Фемиды местами со своим обидчиком. Для этого и служит специальный прием – фрагментация обстоятельств происшествия, в результате применения которого эти обстоятельства рассматриваются не в хронологической последовательности с определением юридически значимых свойств каждого следующего действия и обстоятельства, а выборочно, с произвольной фиксацией действий одного участника драки и игнорированием – действий другого.

В приведенном примере суд, на уровне экспертной оценки, не сумев самостоятельно разобраться в обстоятельствах происшествия, пошел на поводу у следователя. В результате фрагментирования обстоятельств происшествия была проигнорирована начальная стадия событий, в основе которых лежит факт неоднократного неправомерного применения потерпевшим огнестрельного оружия, что привело к диаметрально противоположному действительным обстоятельствам выводу о том, кто на кого напал – А-в на С.В. или С.В. и С.Д. на А-ва.

Данные обстоятельства в соответствии с п. 1-4 ст. 389.16 УПК РФ являются признаками несоответствия выводов суда, изложенных в приговоре, фактическим обстоятельствам уголовного дела. В подобных случаях потерпевший в драке нуждается не только в физической, но и в юридической защите.

Особенно это актуально в условиях, когда должностные лица органов уголовного преследования заведомо поставлены законодателем в одностороннюю позицию. Выполняя свое предназначение органа правосудия, не связанного законодателем односторонней позицией участника уголовного судопроизводства, суд должен своевременно диагностировать факты произвольной фрагментации обстоятельств происшествия, результатом которой являются не соответствующие действительным обстоятельствам выводы, и последовательно устранять их из правоохранительной практики.

 

Список использованных источников и литературы:

1. Архив Верховного Суда РФ. 2012. Дело № 82-О12-33.

2. Архив Курганского областного суда. 2012. Дело № 2-04/2012.

3. Драка // https://ru.wikipedia.org/wiki/Драка [дата обращения – 07.03.2018].

4. Шейфер С.А. Доказательства и доказывание по уголовным делам: проблемы теории и правового регулирования. – М.: Норма, 2008. – 240 с.

Категория: Григорьев В.Н. | Добавил: zuevsergej (30.08.2018) | Автор: Григорьев В.Н.
Просмотров: 42 | Теги: суд, григорьев, Уголовный процесс | Рейтинг: 0.0/0
Всего комментариев: 0
avatar